Памяти Зосима Федоровича Лаврентьева

(К 93 летию со дня рождения художника)

Зосим Федорович Лаврентьев родился 6 апреля 1933 года в деревне Эсяново Горномарийского района Марийский автономной области. Родители его были потомственными крестьянами.

Зосим был старшим сыном, после него в семье родился Мефодий, а после них еще восемь детей.

Отца часто не было дома, он строил дороги, потом служил в армии, участвовал в войне с белофиннами, с самураями на озере Хасан и реке Халкин-Гол, в войне с фашистами.

Детей воспитывала мать - строгая, справедливая и добрая, всегда занятая трудом. Сыновей научила работать крепко и честно. Когда они чуть подросли, оставляла их одних следить за хозяйством. Закончив все дела, мальчики убегали к соседу Василию. Тот был старше их и все время что-то придумывал: мастерил, пилил, точил. Все тут для маленького Зосима было интересно; он помогал соседу.

     И, возможно, от соседа научился выдумывать, а главное - верить в себя! Навсегда он запомнил, что стоит только захотеть, руки человека способны творить невозможное.

     После трудового дня, вечерами укладываясь спать, Зосим с братом разглядывали потолок и стены, в сучках и углублениях узнавали силуэты соседей, подмечали в их облике комические черты. Им казалось, что каждую ночь рисунки менялись, преображались. Иногда мальчики разыгрывали целые спектакли: воображаемые герои как бы оживали и двигались. И чтобы запечатлеть их, оставить в памяти, тотчас же рисовали их черными угольками на стенках беленой печи. За это крепко доставалось от матери.

     Зосим и Мефодий также любили смотреть в окно на меняющиеся облака, они делили их между собой и начинался бой. Тут появлялись всадники, воины-великаны, герои народных сказок. Одно их окно выходило в сторону соседней деревни Кулаково - там всегда садилось солнце. Мальчикам казалось, что оно живет в этой деревне, хотелось сбегать туда и хотя бы поздороваться.

    Они долго верили в «волшебную» палочку, и, бегая по оврагу, проверяли каждую хворостинку, не волшебная ли она?

     Таким образом, в жизни братьев быль переплеталась со сказкой, тогда в Зосиме просыпался интерес к миру сказок и образов и позволял видеть то, что дано узреть не каждому.

     С приходом лета возможностей для общения с природой было больше. Мальчишки вместе со взрослыми выезжали на сенокос, а вечерами ходили в «ночное». Родная земля давала ягоды и грибы, благоухала запахами трав и цветов, поражала бесконечным цветовым богатством.

     Незаметно подошло время учебы. Одно очень живое впечатление того времени запало Зосиму в душу. Однажды удивила его картина зимнего утра, как в сказочном Берендеевом царстве, искрятся, переливаются бриллиантовым многоцветьем деревья, а пуще всех красотою своей березка сверкает. Чудо же случилось потом, когда учитель, Сергей Иванович, создал на черной классной доске точно такую же березку. Она была не менее красива, чем та, живая, на улице.

     Будущий художник тогда впервые соприкоснулся с тем, что называется тайною искусства и мастерства. Он понял, что руки человеческие способны воссоздать эту красоту, показать ее людям. Он начал много рисовать и как казалось ему тогда, всеми цветами радуги.

     В военные годы чистые листки бумаги были дефицитом страшным: письма на фронт писали меж строчек книжных листков, а рисовать и вовсе было не на чем. Печь уже вся изукрашена углем, мать сердится. Выходом из трудного положения были посылки отца, доверху набитые чистой бумагой. Зосим каждый листок делил с братом. И на отцовских листках рождались военные битвы: обычно танки с большими звездочками громили немцев, а те, черные и некрасивые, убегали прочь. Но чаще всего не бумаге появлялись персонажи марийских сказок и герои небывальщин.

     Бабушку художник вспоминает с особой нежностью. Именно она привила Зосиму любовь к лесу. Пелагея Илларионовна умела подражать голосам певчих птиц, учила внука наблюдать за ними и учить их повадки. Зосим вместе с ней ходил в лес, она интересно рассказывала сказки, они вместе собирали ягоды и грибы. В этих прогулках он узнавал новые подробности о лесе, и лес из не знакомого и молчаливого становился живым и привлекательным. И казалось Зосиму, что все сказки живут здесь.

     Послевоенное время было очень трудным и тяжелым в деревне. Было голодно и холодно, нужны были деньги. И Зосим помогал отцу, чем мог: они возили лыко на продажу в Чебоксары. Запомнился ему один случай. Зима. Раннее утро. В лесу стоит жуткая тишина и чудится, что волк - огромный и косматый, голодный и злой, поджидает их на обочине дороге. Отец салазки остановил, смотрит, что будет дальше. Зосим тоже стоит и молчит, а волк даже не шелохнется. Чуть-чуть рассвело и стало видно, что никакой это не волк, а пень трухлявый, своими очертаниями похожий на живое существо. Все у него есть: и уши и хвост, и даже злые глаза.

     Позднее в работах Зосима Лаврентьева этот сказочный образ будет часто появляться, а лес станет главным действующим фоном почти для всех сказочных сюжетов.

      Окончив семь классов, Зосим твердо решил стать художником. Правда, как это сделать, он не знал. Исполнению мечты помог случай. Однажды в Козьмодемьянске он увидел объявление о приеме в Чебоксарское художественное училище. Пелагея Илларионовна помогла внуку подготовить необходимые документы и увезла его в Чебоксары.

     Маленького роста, подвижный, любознательный, с острым взглядом выразительных черных глаз, Зосим не затерялся среди однокурсников. Привыкший в деревне самостоятельно отстаивать независимость, он и в училище не давал себя в обиду, был настойчивым в учении, упорно догонял в рисунке и живописи товарищей, окончивших художественную школу. Много занимался самостоятельно.

     В училище Зосим много слышал о Третьяковской галерее. Мечта о посещении этого музея не давала покоя. Он ходил за грибами, ягодами, окучивал соседям картошку и на скопленные деньги совершил рискованную поездку в Москву.

      В то время через Козьмодемьянск в столицу шли рейсовые грузовые пароходы. Один, не видевший ни разу Москвы, с ручным самодельным чемоданчиком, в котором были альбом, карандаши да пирог, испеченный бабушкой на дорогу, оказался он на палубе парохода. Шел пароход медленно, с   палубы были видны берега реки селения и города. Он с увлечением рисовал все понравившееся.

     Первое путешествие по Волге в Москву Зосим Лаврентьев вспоминает всегда с юмором. Не знал он тогда, простой деревенский паренек, как велика столица. Не попав в первый день в желанную галерею, так как он ее слишком поздно отыскал, решил дойти пешочком до окраины Москвы, переночевать в стожке сена или соломы. До стожка не дошел, а вот с милицией познакомился, ему было строго наказано немедленно возвращаться домой.

    Не на того напали! Встреча с Третьяковкой состоялась!

    Поездка в Москву обогатила Лаврентьева, расширила его кругозор. Он впервые увидел необъятные просторы страны и еще больше полюбил Волгу. Творчество великих художников, с которыми он познакомился в Третьяковке, навсегда стало его путеводной звездой! Например, как написан снег у Василия Сурикова в «Боярыне Морозовой» и можно ли это сделать по-другому? Почему Илья Репин написал именно этого человека?

     По словам Зосима Лаврентьева, нет лучшего упражнения для развития мысли художник, его глаз и рук, чем набросок. И ни одно учебное заведение не может позволить художнику работать так, как может заставить трудиться себя он сам, его собственная не успокоенность и творческая воля.

Алексеева Ж.В.

Лаврентьев Зосим Федрович